(2 из 9)      << | < | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | > | >>

Картина третья. Те же и барнаульцы.

Люсьена. (подкладывает дрова в костер).

Сегодня день седьмой островитянской жизни,
приехало пять человек из Барнаула,
я их встречала, глядь,
а фляжка наша с пивом утонула,
но хорошо, что я ее на дне нашла,
вода сегодня сильно прибыла,
еще немного и она бы уплыла.

Гергул.

Ну вот и новых гондольеров
привез Игрис на остров наш,
пусть привыкают к нашей пище,
забыв креветки, пиво и лаваш.

Палатки ставят, жгут костер, и помнят,
здесь каждый, кто пока здоров ­–
участник заготовки дров.

Игрис.

Река быстра, и ходим мы под Богом,
но раз приехали в такую даль,
то хочется спуститься по порогам.

Пусть где-то – мощная струя,
но если в русле нет большого валуна,
то не подбросит там гондолу ни хрена,
проплыть бы там, где скал полно и сливов кучи,
ведь нам хотелось бы покруче.

Гергул.

Проблемы нет, машина на стоянке,
переплывем, пройдем пешком,
потом машина довезет до Черемшанки,
надуем воздухом гондолу
и поплывем меж скал по коридору.

Прогулки легкой вам не обещаю,
кто хочет плыть, не замочив ботинки,
пускай останется и собирает для гербария травинки.

Игрис.

Собрались вмиг мы экипажем,
поесть нормально не успели даже,
и мы готовы понести обе гондолы,
хотим уж плыть – терпенья нету боле.

Михдей.

Тащить гондолы – приятное нам делаете одолженье,
тогда в ответ мы понесём всё остальное снаряженье.

Андреотти. (смотрит в бинокль).

Я вижу: вот стоит машина,
но мне не нравится одно:
водитель там нас лежа ждет,
не понимаю, в чем причина.

Михдей. (берет бинокль у Андреотти)

Он просто спит, а в том причина,
что предоплату сделали ему,
а он – алкозависимый мужчина.

(Машина старой оказалась,
гораздо хуже, чем казалась,
пока к ней мы не подошли.

А в кузове валялись банки, склянки,
будильники, грибы-поганки,
сушились грязные портянки,
и здесь устраивали пьянки, похоже, много раз).

Игрис.

Грузите в кузов две гондолы,
а я беседу проведу о вреде пьянства
для этого бурят-монгола.

Вставай, мужик, нам надо ехать вверх по речке,
туда, где местные овечки
пасутся мирно на лугах,
вдали вершины горные в снегах
и пеной брызгают пороги.

Проснулся? Дальше вспоминай:
поездку оплатили мы вчера
в размере тыща два рубля…

Мужик.

Сичас боедем, дай попить хоть, бля!

Картина четвертая. Сплав.


(За вёсла сели, пояса надели,
гроза сгущалась над горой.
Игрис шел в первом экипаже,
Гергул был в этот раз второй).

Михдей.

Итак, плывем, там впереди наш первый экипаж,
где Игрис с сыном Андреотти
плывут уверенно, как утки на болоте,
хоть и недавно на гондоле.

А мы втроем за ними следом,
Гергул на веслах, стаж его поболе.
И я, Михдей, мой сын Андре,
мы не впервые на реке…

Андре.

Вот наконец-то впереди порог,
теперь не страшен будет дождь,
ведь нас намочит с головы до ног.

Михдей.

Гергул, по курсу прямо камень!
Греби сильней, пока под скалы не попали
и из гондолы не повылетали!

Гергул.

Да поздно, весло уже под камнем,
гондола потеряла ход,
гребу одним веслом, но тщетно,
течением об камень судно бьет!

Михдей.

Гондола кренится, вибрирует, о, черт!
Я полетел, я выброшен за борт!

Андре.

Греби руками, сам не попади под камень,
иначе будет просто «Амень!».

Михдей.

Ух, слава богу, рядом приводнился,
как хорошо, что я от вас не отцепился.
Читать мне рано «Отче наш»,
уверенно держусь рукой за такелаж!

Гергул.

Ну наконец, я оттолкнулся от скалы,
и судно сохранил свое,
теперь спасаю всех, как Дед Мазай:
«Михдей, в гондолу быстро залезай!»

Михдей. (залезает, до нитки промокший)

Не скрою, сильно испугался,
когда в воде внезапно оказался.
И судорожно я держался за гондолы ухо,
как за костыль нетрезвая старуха.

Ну всё, опасность позади,
догнать нам надо экипаж, что впереди.

Гергул.

Но далеко они от нас конечно не уйдут,
догнать их – это дело нескольких минут.

Андре.

Действительно, да вон они за поворотом,
Игрис там борется с большим водоворотом.
Попав в огромную воронку,
он видно растерялся, весла опустил,
а надо бы грести, что было сил.

Смотрите, как вращается гондола,
стремясь на дно увлечь их экипаж,
наверное они уже читают «Отче наш».

Михдей. (сложивши рупором ладони).

Про бога поздно вспоминать,
сильней гребите, вашу мать!
Игрис, на вёсла навались,
в борьбе с вращеньем судна победи,
и из воронки выходи!

(Через несколько минут, поравнявшись с гондолой Игриса)

Гергул. (ехидно)

Привет, о гондольеры, что остались живы,
не омрачили ль ваш опасный путь воронки и большие сливы?

Проплыть по пенистым волнам, Игрис,
прекрасная твоя инициатива,
но рыб кормить на дне – плохая перспектива.

Игрис.

Не нагнетай, Гергул, обычная воронка,
и мощное теченье под скалой
не затянуло даже бы телёнка,
к тому же мы не в майках и трусах –
в спасательных одеты поясах!

(2 из 9)      << | < | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | > | >>

Комментарии (0)

Автор (*):Город:
Эл.почта:Сайт:
Текст (*):